Шахматный портал

Борьба, таким образом, служит не только стимулом, но и мощным воспитующим началом. Воздействие этой их стороны испытали на себе без исключения все шахматисты.
Александру Котову в юности причиняли много неудобств робость перед авторитетами, неуверенность в собственных си лах, страх перед неудачей и неумение справляться с ее пос ледствиями. Однажды в чемпионате Тулы, добившись явного перевеса в партии с сильным противником, Котов увидел, что мо жет просто объявить мат в один ход. Соперник, не замечая угрозы, был спокоен и невозмутим.
‘«Беру в руку коня, поднимаю его и ставлю на нужное поле,— вспоминал впоследствии гроссмейстер.— В этот момент я внимательно смотрю на противника и вижу все то же спокойное, невозмутимое лицо. Что-то дрогнуло внутри, и я вместо того, чтобы объявить мат, робким голосом произношу:
— Шах!
Но мой противник понял, что произошло.
— Это же мат! — закричал он.— Я зевнул мат, мат зевнул…— растерянно повторял он, глядя на участников турнира, устремившихся к столику.
— Да, я тоже думаю, что вам мат,— уже более смело поддержал я своего противника.
- Тогда почему же вы объявили шах? — удивленно спрашивали меня окружающие.
— Я никак не мог поверить, что вы не видите простой
угрозы, и я думал, что есть какая-нибудь защита,— ответил
я, вспыхивая».
Котов со временем стал одним из самых волевых гроссмей стеров. Он научился не бояться никого. Наоборот, против силь ных он играл с удвоенной энергией, делая порой просто невозможное. А судьба, надо сказать, довольно часто пыталась проверить его характер. За неоднократные победы над ведущими шахматистами мира зарубежные газеты присвоили в свое время Котову прозвище «убийца чемпионов».